Russkiy (Unicode UTF-8)

HOME Key Themes Speeches Recent Articles Online Archives Reviews Travelblogue Obituaries Selected Books: 1. The Sword 2. Jihad 3. Middle East Filmography Francais Deutsch Espanol Russkiy Nederlands Slovensky Polski Greek - Ellinika
Срджа Трифкович: НАТО нужно упразднить
Североатлантический альянс после Ливии: угроза европейской безопасности  http://www.stoletie.ru/geopolitika/nato_nuzhno_uprazdnit_2011-09-05.htm                                      05. 09. 2011.  Сегодня, спустя два десятилетия после окончания «холодной войны», НАТО являет собой устаревший и опасный анахронизм. Альянс превратился в инструмент для достижения Соединенными Штатами своих опасных стратегических целей на мировой арене. Его перерождение из оборонительной организации в надгосударственную силовую структуру, основанную на сомнительной доктрине «гуманитарной интервенции», началось с военно-воздушной операции против Сербии в 1999 г., а вторжение в Ливию весной-летом 20011 г. стало логическим продолжением.  В том виде, в котором Североатлантический альянс существует сегодня, он не подлежит реставрации или реформированию. Он должен быть расформирован.  Советский Союз возник в результате революции, поэтому представлял угрозу для любого существовавшего статус-кво в принципе. Однако, после распада СССР в 1991 г. Россия старается формулировать собственные цели и определять свою политику в рамках традиционных понятий о национальных интересах. В то же время мы стали свидетелями того, как Америка в первой половине 90-х годов начала попытки закрепить за собой статус единственной мировой супердержавы.  Вместо того чтобы провозгласить победу и расформировать НАТО, администрация Клинтона благополучно переоборудовала альянс в инструмент для неограниченного вмешательства в дела других государств именно в то время, когда исчезли все логические обоснования для существования этой организации.  После воздушной атаки против Сербии НАТО сама выдала себе мандат на проведение операций на неограниченной территории. Следующий шаг в направлении расширения НАТО сделал президент Джордж Буш-младший. В апреле 2007 г. он подписал «оруэлловский» по сути «Акт о консолидации свободы в НАТО», позволивший США оказывать военную поддержку странам, стремящимся к членству в НАТО, в частности, Грузии и Украине. Дальнейшее расширение НАТО было, по словам бывшего советника по национальной безопасности администрации Картера, Збигнева Бжезинского, «исторически обязательно, геополитически желательно». Десятилетием ранее Бжезинский охотно признавал, что расширение НАТО было не вопросом безопасности США в привычном смысле, а вопросом «роли Америки в Европе: останется ли Америка европейской державой и будет ли новая демократическая Европа по-прежнему иметь внутреннюю связь с Америкой». Подобное отношение является источником нескончаемых проблем, как для Америки, так и для Европы.  Президент Обама и его советники в области внешней политики оказались неспособны даже признать существование проблемы, не говоря уже о том, чтобы предпринять какие-либо шаги для ее решения. Официальные лица сменились, но режим остался прежним, а Америка все еще нуждается в новой «великой стратегии». Угроза европейской безопасности исходит не от России или новых волнений на Балканах. Угроза европейской безопасности и самому существованию Европы - в нескончаемом потоке чужестранцев, неспособных ассимилироваться, и в катастрофическом уровне рождаемости. Эти проблемы – следствие упадка культуры, а не сокращения числа солдат и вооружений.  Спустя сорок с лишним лет после оккупации Праги 1968 года, Советский Союз разрушен, Варшавский договор аннулирован, но принципы брежневской политики живы и поныне.  Они нашли новое воплощение под маской неолиберальной идеологии. «Интересы мирового социализма» не идут ни в какое сравнение с «всеобщими правами человека» когда речь идет о том, где и когда начинать интервенцию. Ключевое различие лишь в былой ограниченности советской самопровозглашенной зоны контроля. Она распространялась только на «социалистический лагерь» в противоположность безграничному, в будущем, вероятно, всемирному охвату «обязанности защищать». Граница у социалистического лагеря, возглавляемого Советским Союзом, все же была – на Эльбе. Сегодня на смену ему пришло «мировое сообщество» во главе с Вашингтоном, у которого нет границ и которое, по мере своего расширения, создает основание для политики нескончаемых гуманитарных интервенций. Это мировое сообщество препятствует конструктивной общественной дискуссии о соотношении между целями и средствами американского господства: «мы не только мудры, но и добродетельны, наша политика определяется основными ценностями, которые очевидны всем, а не предубеждениями». Вашингтонские эксперты в области внешней политики продолжают игнорировать тот факт, что после краткого периода единоличного господства Америки (с 1991 по 2008 г.) распределение сил на мировой арене сегодня можно определить как асимметричную многополярность. А это, по сути, довольно нестабильная модель международных отношений.  Доктрина глобального интервенционизма получила продолжение в широко известной Стратегической концепции НАТО, принятой около года назад на саммите в Лиссабоне. Только что сторонники идеи интервенционизма, как либералы, так и консерваторы, ликовали по поводу взятия ливийскими повстанцами Триполи. С этого момента, «правильным для США и их союзников будет вопрос не о том, следует ли оказать помощь угнетенному народу в его борьбе за свободу, а о том, когда это следует сделать», - провозгласила «Вашингтон Пост» 24 августа. И снова НАТО осуществляет военное вмешательство, прикрываясь формально обозначенными целями, которые никак не связаны со скрытыми мотивами подобных операций, в результате которых западным интересам наносится «объективный» ущерб. По мере того, как США охватывает вторая волна рецессии, Балканский синдром 90-х годов проявляется теперь у Америки в отношении большей, стратегически более важной территории.  Между тем, ключевой стратегический вопрос об отношениях НАТО с Россией остается нерешенным. Согласно Стратегической концепции НАТО, альянс «не представляет угрозы для России», с которой он стремится к реальному стратегическому партнерству. Президент Барак Обама назвал президента Медведева на встрече в Лиссабоне «своим другом и партнером». Озвучивать опасения Москвы пришлось постоянному представителю России при НАТО Дмитрию Рогозину: «Натовские лесники приглашают русского медведя вместе охотиться на кроликов. Медведь недоумевает: зачем же им тогда ружья для медвежьей охоты?»  Мы слышали речи, подобные той, что произнес Обама, и раньше. В 1997 году Билл Клинтон и Борис Ельцин подписали Основополагающий акт о взаимных отношениях России и НАТО, который вскоре был нарушен: альянс начал войну в Косово и расширение на Восток.  В Лиссабоне Россию пригласили к сотрудничеству с НАТО в области развития противоракетной обороны, но это произошло только после того, как план был утвержден в Вашингтоне и Брюсселе. От России ожидают содействия в обеспечении поставок натовских грузов в Афганистан, но у нее нет права принимать участие в формировании самой миссии. Москву просили сделать информацию о российском ядерном оружии в Европе более прозрачной и убрать свои вооружения с территории стран НАТО, но нет и намека на подобные обязательства альянса в отношении переноса элементов системы противоракетной обороны НАТО дальше от российских границ. Для европейской системы противоракетной обороны участие России необходимо, ведь без российских радиолокационных станций она не сможет выполнять свою задачу. Более того, мнение России, как постоянного члена Совета Безопасности ООН, все так же важно, когда вопрос стоит об одобрении действий НАТО со стороны Организации Объединенных Наций. В то же время, НАТО не предлагает России взамен никаких практических преимуществ. Стратегическое партнерство, как и любые серьезные отношения, между НАТО и Россией не имеют шансов на продолжение. Интересы НАТО и России противоположны по сути, и эти противоречия невозможно разрешить, только лишь выступив с напыщенной декларацией. НАТО остается первой в списке внешних угроз, с которыми Россия вынуждена столкнуться сегодня.  Есть и положительные моменты. Украина и Грузия больше не являются серьезными претендентами на вступление в НАТО. Финансовый кризис делает неизбежным дальнейшее сокращение европейских военных бюджетов. Какие бы новые миссии для НАТО ни выдумывал Вашингтон, он столкнется с отсутствием политической воли «старой Европы» для их поддержки, помноженным на финансовую неспособность осуществить их.  Еще один плюс: в интересах европейской безопасности, чтобы Владимир Путин выставил свою кандидатуру и снова был избран президентом России на следующих выборах. Западные русофобы по обе стороны Атлантики надеются на то, что этого не произойдет, а в американских СМИ уже развернута новая кампания по демонизации Путина. На самом деле, любой сценарий, не предполагающий президентства Путина, не только не реалистичен, он будет пагубным для европейской стабильности, так как создаст впечатление, что Россия может быть расколота, использована в чужих интересах, а ее авторитет – снижен до уровня ельцинской эпохи. Ложные впечатления и надежды, но, как мы знаем, неправильные политические прогнозы, основанные на ошибочных предположениях, могут иметь серьезные последствия.  НАТО больше не имеет вразумительной миссии или стратегической цели. С 1949 по 1991 год альянс успешно выполнял задачу обеспечения безопасности перед лицом враждебной тоталитарной державы. Сегодня он наносит вред безопасности Европы в целом и не может обеспечить защиту отдельным своим членам. Его не нужно реформировать, его нужно упразднить.  Срджа Трифкович - американский писатель, политолог сербского происхождения, с 1998 г. — обозреватель по международным делам консервативного журнала Chronicles. Доктор истории Саутхэмптонского университата, директор Центра международных отношений (Center for International Affairs) Рокфордского института, публикующего журнал Chronicles. Автор книги «Меч Пророка» (The Sword of the Prophet) об истории и вероучении ислама. Был экспертом президента Югославии В. Коштуницы.

 

Волчьи аппетиты ислама
Запад дорого заплатит за разорение христианства

Вплоть до трагических событий американского «черного сентября» в 2001 году, постхристианская «либеральная демократия» на Западе пыталась нейтрализовать влияние ислама, ставя его в один ряд с другими направлениями на богатом рынке верований и идеологий. Внешнеполитические стратеги Вашингтона подыгрывали геостратегическим амбициям мусульман, бросая малые христианские народы (сербов и греческих киприотов сейчас, болгар и греков завтра) на растерзание исламистским волкам. Таким образом они надеялись «откупиться» перед исламским миром. Но при этом не сознавали, что такие щедрые «подачки» только разжигают звериные аппетиты, пролагают дорогу к решительной конфронтации ислама с остальным миром в третьем тысячелетии. Теперь у Запада остался единственный способ избежать полномасштабного столкновения – это и дальше делать вид, что проблемы будто и не существует. Иными словами, полностью открыть ворота перед миллионными ордами иммигрантов и т.н. искателей «политического убежища» с востока и просто сдаться без борьбы.

После 11 сентября проповедники ислама на Западе продолжают настаивать на том, что их учение – лишь «равноправный участник в соревновании» различных идей и идеологий современного западного мира. Но при этом ни на йоту не отходят от своих радикальных целей. На самом деле ислам вступил в новый миллениум гораздо более окрепшим, чем когда-либо. Во-первых, это неевропейское и нехристианское учение, что делает его естественным союзником господствующих элит современного Запада. В то же время, у последователей ислама есть исключительное преимущество перед Бушем, Клинтоном, Блэром, Шираком, Шредером… Эти лидеры не способны разбудить в своих оглупевших массах серьезный эмоциональный стимул для отстаивания их «тепловатой», безвкусной идеологии «мультикультурного общества».

Приверженцы мусульманской религии имеют преимущество и над христианской духовной элитой современного Запада, которая потеряла веру во что бы то ни было, которая свои церкви превратила отчасти в центры социальной занятости, отчасти в центры «групповой терапии». Такие храмы не дают абсолютно ничего душе, стремящейся к вере и Богу, образовавшийся же вакуум заполняется самым агрессивным образом. Постоянно подпитываемый нефтедолларами, набирающий силу ислам использует язык и символы либерального Запада для того, чтобы подмять его под себя.

Бесполезно осуждать ислам и исламистов, ибо то, что они делают, заложено, так сказать, в самой их природе. Мартин Лютер сказал бы о мусульманах, что они kann nicht anders – просто не умеют жить по-другому. В момент всеобщей духовной и моральной слабости Запада ислам приобретет миллионы новообращенных. Тех, которые уже смирились с фактом, что вымирающая европейская цивилизация, что называется, на последнем издыхании. А тому, кто еще не желает мириться, нужно внимательней вглядываться в знаки капитуляции изнутри. Притворяться, подобно Бушу или Клинтону, что ислам незначительно отличается, скажем, от англиканства или лютеранства, очевидно, или глупо, или нечестно. Беря во внимание, от кого именно исходит подобное утверждение, склонны заключить, что это и то и другое.

*******************************
Запад - союзник исламского джихада на Балканах

Запад больше десяти лет не только спутник, но и союзник исламского джихада на Балканах, заявил Срджа Трифкович, оценивая что последствия такой политики как бумеранг вернутся на старый континент. Удовлетворением интересов мусульманских сообществ на Западных Балканах зарабатываются определенные очки, чтобы компенсировать низкий рейтинг США в исламском мире, связанный с пристрастностью Америки в отношении к израильско-палестинскому конфликту, и прежде всего с последствиями трагической войны в Ираке, сказал Трифкович.

*******************************
Сребреница: цель игры
Ответ в связи с видеозаписью убийств мусульман
Интервью др. Срджи Трифковича

"Преступление является преступлением вне зависимости от того, кто преступник, а кто – жертва. Мы должны следовать элементарной морали, запрещающей военные преступления и преступления против человечества не взирая на личность преступника и жертвы."

Относительно "обнародования" Гаагским трибуналом видеозаписи, запечатлевшей расстрел мусульман вооружёнными сербами. Видеозапись показывает, что военные преступления и преступления против человечества на пространстве бывшей Югославии происходили, и что такие преступления совершали все стороны. Но это нам и так понятно уже давно. Сербы должны повернуться лицом к тёмным страницам своего прошлого.

Однако данная видеозапись не доказывает ни наличия "геноцида" в Сребренице, ни убийства семи, восьми или десяти тысяч мусульман. Она доказывает, что шесть мусульман были убиты сербским полувоенным формированием. Неясно, находилось ли это формирование под командованием Министерства Внутренних Дел Сербии, или нет. Способ использования записи и злоупотребления ею со стороны "международного сообщества" показывает, что цель кампании – возложить коллективную вину на сербский народ как целое, заставить сербов чувствовать себя виноватыми во всём, что произошло на Балканах за последние полтора десятилетия.

В декабре 2004 г. представительство ОБСЕ в Белграде подвергло критике сербские СМИ за публикацию снимков преступлений, совершённых Рамушем Харадинаем в Метохии в 1998-99 г.г. Тогда представители так называемого международного сообщества жаловались, что публикацией таких живых напоминаний о преступлениях, совершённых против сербов, СМИ берут на себя ответственность за разжигание ненависти и нетерпимости, тогда как их задачей является поиск путей к миру и примирению. Но когда на видеозаписи сербы предстают как преступники, а мусульмане – как жертвы, эти доводы забываются. Запись 24 часа в сутки крутит телеканал B 92, о ней пишет газета "Данас" и другие СМИ, финансируемые Сорошем, как, напр., еженедельник "Време", кампания охватывает весь западный мир.

Преступление является преступлением вне зависимости от того, кто преступник, а кто – жертва. Мы должны следовать элементарной морали, запрещающей военные преступления и преступления против человечества не взирая на личность преступника и жертвы. Когда виновны сербы, в новостях это возводится в n-ную степень. Информация о сербских жертвах подвергается цензуре. Кадры отрубленных сербских голов на горе Озрен в 1993 г., эксгумированных тел сербов на Косово и в Боснии, снимки жертв хорватской операции "Буря" цензура полагает недопустимым для показа.

Отсюда видно, что видео о Сребренице имеет специфическое политическое предназначение: навесить коллективную вину на весь сербский народ как целое; воспользоваться десятой годовщиной Сребреницы в качестве средства "денацификации", то есть – десербизации Сербии – и провести ревизию Дайтонских соглашений с целью ликвидации Республики Сербской и установления более или менее централизованной, унитарной Боснии.

Республика Сербская признала свою вину в Сребренице под давлением. Это было сделано под угрозой смены избранных представителей, подобно тому, как в прошлом году Пэдди Эшдаун просто уволил 56 высших должностных лиц от Сербской Демократической Партии (СДС). И он продолжает править Боснией как феодал.

Правительство Сербии поступило бы крайне неблагоразумно, если бы принесло извинение подобного рода. Потому что, пока Месич не просит прощения за убийство пяти-шести тысяч сербов во время этнической чистки в Краине, пока неисчислимые тысячи сербов, жертв мусульманских бесчинств в Сараево в начале 90-х, остаются непризнанными, неизвестными, и не названы их имена, сербская сторона не должна извиняться ни перед кем. Признание со стороны Сербии своей исключительной вины сыграло бы прямо на руку сценарию, приводимому в действие Гаагским трибуналом. Этот трибунал существует с единственной целью – коллективно объявить сербов единственно виновной стороной во всём, что произошло на Балканах. Его цель – задним числом оправдать западную политику. Им бы хотелось иметь возможность сказать:

"Итак, сербы теперь сами признают, что были виновны. Всё, что мы делали – санкции, бомбардировки Республики Сербской, бомбардировки Сербии, оккупация Косово – было неизбежными следствиями их собственных действий".

Противясь такому сценарию, сербы по крайней мере имели бы возможность в долгосрочной перспективе изменить трагический исход событий 90-х годов. Но если сербское правительство примет стигму вины, тем самым оно даст повод требовать от Сербии денежные компенсации, которые значительно превзойдут любые выгоды членства в так называемом международном сообществе. Эти требования репараций превысили бы миллиарды долларов. О предупреждении заместителя государственного секретаря США Николаса Бернса, что Сербия никогда не вступит в НАТО, если не осудит "геноцид" в Сребренице.

Членство в НАТО не принесёт Сербии никакой выгоды. Оно обернётся только потерями. Сербия бы стала членом преступной организации, виновной в преднамеренной агрессии против неё самой в 1999 г. Вступив в НАТО, Сербия присоединилась бы к банде, совершившей агрессию, которая до сих пор остаётся непризнанной, а вина за неё – незаглаженной. Сербия должна повернуться лицом ко всему, что произошло в годы правления Милошевича, но не ценой потери собственной души, не ценой признания справедливости агрессии и неоправданности защиты собственной территории. Г-н Бернс выдвигает следующие условия: вы признаёте свою вину в совершении геноцида, а мы позволим вам вступить в организацию, которая развязала и вела агрессивную войну против вас, оккупировала часть вашей суверенной территории, обеспечила сожжение 150-ти ваших храмов и изгнание 250.000 ваших соотечественников сербов. Правительству Сербии следовало бы ясно довести до сведения г-на Бернса, что Сербия не заинтересована в членстве в такой организации.

После референдума в Голландии и Франции расширения Европейского Союза не будет ещё много лет. В качестве альтернативы г-н Бернс сейчас отчаянно пытается протолкнуть обещание членства в НАТО как приманку, которое якобы принесёт какую-то выгоду Сербии. Единственной "выгодой" для Сербии станет обязанность вкладывать бесчисленные миллиарды, которых у неё нет, в модернизацию армии, и слать своих детей "распространять демократию" на Ближнем Востоке в рамках руководимых США интервенций. НАТО – организация, запятнавшая себя преступлениями, изжившая цель своего существования. 

****************************

Главная угроза (Борис Шустеф, 6 Ноября 2005):

Профессор Серж Трифкович написал в книге ‘Меч Пророка’: “Взгляды сегодняшних исламских активистов, согласно которым Ислам должен править миром, и до тех пор пока ислам не станет править миром ‘мы будем приносить в жертву свои жизни’ [Al-Badr spokesman Mustaq Aksari, CNN, September 19, 2001], не представляют из себя что-либо исключительное или даже значительное с точки зрения традиционного ислама. Это было божественное указание с того момента, как Мухаммед прочно укрепился в Медине: “О Пророк! Побуждай верующих к сражению” - повелевает Коран. И обещает, что ‘двадцать мусульман терпеливых и настойчивых победят две сотни неверных; а сто правоверных победят тысячу’ [Коран 8:65]”.

***************************** 

США и Россия: программа на новое столетиe
3 мая 2005

Президент Буш прибудет в Москву для участия в праздновании 60-годовщины Великой победы (8-9 мая 1945 года). Он обсудит с российским президентом новую программу двусторонних отношений на новое столетие, коснется вопросов борьбы с терроризмом, а также будут обсуждены вопросы внутреннего развития России и международные инициативы.

Мы задали вопрос доктору Срдиа Трифкович (Доктор Срдиа Трифкович – директор института Международных отношений при институте Рокфорда, Иллинойс, автор книги «Меч пророка» об истории Ислама, теологии и ее влиянию на мир): «Смогут ли президенты Буш и Путин восстановить отношения сотрудничества?» Каковы на самом деле сейчас взаимоотношения между США и Россией и чем отличается Россия Путина от России Ельцина. Влияет ли это отличие на статус Косово и ситуацию на Балканах?

Когда Путин только пришел к власти пять лет назад, у меня были надежды на то Россия будет выступать как единое государство. Что она сможет приспособить свое геополитическое мышление к требованиям современного мира. Но сейчас, я боюсь, что о Путине можно сказать, что это в нем больше показного, чем истинного. Больше дыма, чем огня. Он пытается создать впечатление человека целеустремленного, который знает, что делает, иногда загадочного, но он, по сути, не смог никак ответить на все трудные вопросы, которые были поставлены западом. Давайте будем откровенными. Трудные вопросы существуют, и будут продолжать существовать. Например, расширение НАТО на северо-западной границе России за счет вовлечения балтийских стран, события в Грузии два года назад, и, конечно, не так давно произошедшее на Украине, что я бы назвал интригами Ющенко и его западных сторонников.

То что игра продолжается, явствует из того факта, что в состав недавних расходов на оборону в США были заложены суммы, эвфимически названные расходами «на развитие демократии в Белоруссии». Это означает не что иное, как попытку повторить произошедшее в Тбилиси и в Киеве, но только на улицах Минска. Самой главной мишенью рано или поздно станет и сама Россия. Поэтому план игры очевиден. Но когда вы говорите с российскими дипломатами в Западном мире, они не могут осознать происходящего и не способны мыслить в терминах сложных геополитических вопросов, на которые нужно реагировать. Их дежурный ответ: отношения у России с США хорошие, они основываются на партнерстве в борьбе с мировым терроризмом и т.д.

Они забывают, что их собственная страна, в то время, когда она была еще Советским союзом, была вполне способна поддерживать равноправные двусторонние отношения. С одной стороны, она могла иметь замечательные экономические и даже политические отношения, например, с Западной Германией, а с другой стороны она финансировала левые движения и продвигала западногерманских шпионов в кабинет западногерманского канцлера Вилли Брандта.

Брежневская Россия принимала активное участие и в Хельсинкском процессе. Создавалось впечатление, что у нее были хорошие взаимоотношения с различными лейбористскими правительствами в Британии, с социалистами во Франции, но, тем не менее, это никогда не удерживало русских от финансирования прокоммунистических профсоюзных движений, которые организовывали политические забастовки. Кроме того, Москва оказывала финансовую поддержку левым политическим партиям и средствам массовой информации, таким как Юманите, Морнинг Стар, которые обслуживали ее политические интересы.

Президенты Буш и Путин общаются на равных

Но на самом деле они не могут общаться на равных по той простой причине, что Россия сейчас находится в положении защищающейся стороны. Она находится в этом положении уже два последних десятилетия. В то время как США, несомненно, является мировой супердержавой, которая обладает способностью распространять свое политическое и военное влияние в такие регионы, как бывшая Советская Средняя Азия, Украина, станы Балтии и Кавказ. Возможно, президент Буш не будет касаться таких противоречивых вопросов, которые не так давно Кондолиза Райс назвала «помощью демократии в Белоруссии и в России», и будет придерживаться только отношений между США и Россией. Он будет обсуждать вопросы сотрудничества в борьбе с распространением наркотиков, и таких не вызывающих разногласий вопросов, как общие интересы двух стран. Но это, конечно, не означает, что США не будет пропускать деньги своего правительства через Фонд Открытого Общества, Национальный фонд пожертвований на демократические цели или другую организацию, что, естественно, может нанести ущерб национальным интересам России.

Энергетический кризис и американо-российские отношения

Основной фокус политики США состоит сейчас в том, чтобы заставить Россию смириться с процессами, происходящими или уже происшедшими в Средней Азии, на Кавказе или на Украине, и при этом продолжать сотрудничество в энергетическом секторе. Поскольку запасы российского газа и нефти являются важной частью поддержания мирового баланса и сдерживают рост и без того достигших высоких значений цен на нефть и газ. Кроме того, западу нужна Россия в качестве союзника в мировой войне с Джихадом.

В настоящее время происходит потеря истинного смысла борьбы с терроризмом, из-за того что террористов часто смешивают с обыкновенными преступниками. Единственный вид терроризма, которого действительно следует опасаться и объединяться для борьбы – исламский терроризм. К сожалению, в этом отношении США проявляют любопытное и даже опасное недопонимание.

Если обратиться к рассмотрению деятельности так называемого Американского Комитета по установлению мира в Чечне, можно понять, кто есть кто в новоконсервативном движении. Эти люди хотят ограничить Россию территориально, заставив ее предоставить независимость Чечне. Они отрицают связи между чеченскими сепаратистами и мировым Джихадом. Они повторяют ту же самую ошибку, которая была допущена в Афганистане в 1979 году, на Балканах в Боснии в начале 90-х годов и в Косово в 1999 году. Они отстаивали интересы джихадистов, пытаясь открыть некий дружественный Ислам, которым можно было бы манипулировать в своих политических целях. Это не только глубокое политическое заблуждение, которое аморально по своей сути, но и прямой ущерб интересам США. Некоторые аналитики, например Бжезинский и Бугайский не верят что «исламский экстремизм» - общий враг для США и России, и эти страны могут объединить свои усилия для борьбы с международным терроризмом.

Люди, подобные Збингеву Бжезинскому и Янусу Бугайскому являются жертвами атавистического взгляда на международную политику, согласно которому их эмоции и их этническая принадлежность оказывают влияния на их суждения. Эти люди являются продуктами своего культурного окружения, в котором царит взгляд на восточных православных как на врагов, и они могут даже вступить в союз с Джихадом, несмотря на то, что он будет кратковременным и в конце концов обернется против них.
 
Американо-российские отношения и решения проблемы Косово

Все, что сейчас ни происходит в мире, имеет целью признание Косово де-факто независимым государством, направлено на то, чтобы дать сербам некую надежду, и затянуть у них на горле петлю, заставляя их принять предлагаемые условия. Для сербов было бы глупо согласиться на это. Те, кто хотят отделить Косово от Сербии, прекрасно понимают, что если Сербия не примет условий Косово, тогда Косово не сможет стать независимым. Косово нуждается в установлении связей через Сербию, поскольку все железные и автомобильные дороги из Косово проходят через Сербию. Если Сербия не примет условий независимости Косово, это остановит торговлю и закроет границу.

Поэтому иностранные государства хотят, чтобы Сербия сотрудничала с ними, при условии собственного разделения. Со стороны Запада давно звучали туманные обещания о том, что если Сербия согласится на предлагаемые условия, то ее вхождение в Европейский союз будет облегчено. При этом, вступление в Евросоюз является довольно спорной привилегией. С моей точки зрения, такой эксперимент может стать катастрофой для посткоммунистической нации.

Я думаю, что для сербов было бы крайне неразумно поверить таким туманным обещаниям, поскольку в конечном итоге все будет зависеть от генерала Младика и доктора Караджича, или еще от какого-то фактора, о чем я предупреждал уже несколько лет. Например, от удовлетворения требования жертв сербского насилия, имевшего место во время войны в Югославии в 90-е годы.

* * * * *
По каким законам живет исламское государство
10/6/2006, Выпуск № 253

Трагедии, подобные тем, что произошли на Восточном Тиморе, - пишет редактор международного отдела журнала Chronicles Серж Трифкович, - большинству американцев кажутся не заслуживающими внимания, когда по утрам они раскрывают свежие газеты. Но хотелось бы надеяться, что вследствие многих подобных историй, которые происходили и происходят в разных уголках планеты, до людей начинает, наконец, доходить, что все они являются частями одной проблемы - неготовности ислама положительно относиться к остальному миру. Миру, который включает и нас с вами. И они еще раз подтверждают ключевой урок, состоящий в том, что вся эта ситуация создана не Америкой и в ней нет вины Америки. По своей неспособности к терпимости ислам является уникальной из всех существующих на земле цивилизаций.